СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ

История и современность

ЙАЗИД I ИБН МУАВИЯ (60/680-64/684)

Опубликовано

Правление Муавии ибн Абу Суфьяна ознаменовалось изменением государственного строя Халифата: вместо созыва совета, обсуждения и утверждения очередного кандидата в правители он передал власть по наследству своему сыну Йазиду. Столицей Халифата стал Дамаск, обстановка в котором была стабильной. Сирия играла важную роль в государстве в связи с тем, что располагалась вблизи от его основных центров, и оттуда халифу было удобно управлять провинциями. Кроме того, сирийцы поддерживали Омейядов.

Еще в 50 г. х. Муавия вынес на повестку дня вопрос о признании Йазида своим наследником и добился того, что население Сирии присягнуло ему на верность. После этого в 51 г. он поручил наместнику Медины Марвану добиться присяги Йазиду от населения Медины, чтобы тот мог заменить Муавию в случае смерти последнего. Поддержка кандидата в халифы этим городом имела важнейшее значение, так как там проживали многие сподвижники Пророка и их потомки. Часть населения Медины присягнула находившемуся в то время в Дамаске Йазиду, однако многие влиятельные люди, в числе которых были аль-Хусайн ибн Али, Абдуррахман ибн Абу Бакр, Абдулла ибн Умар, Абдулла ибн аз-Зубайр и Абдулла ибн Аббас, от присяги отказались.

Заручиться поддержкой других провинций, например, Египта и Ирака, оказалось гораздо легче – для этого Муавии было достаточно получить поддержку наместников этих провинций.

Йазид был еще молод и не имел опыта государственной деятельности. Он с ранних лет рос во дворце. Позднее Муавия решил приобщить его к службе, дать возможность приобрести жизненный опыт и отправил его на войну против Византии, но Йазид так и не сумел проявить себя в сражениях.

После смерти Муавии Йазид уже заручился поддержкой значительной части общественности и считался законным халифом. Отказ от присяги нескольких влиятельных лиц из Медины не означал незаконности его правления[1]: тому был прецедент – часть сподвижников Пророка отказалась присягнуть халифу Али, однако это вовсе не означало того, что правление Али было незаконным или непризнанным. Однако Йазид стремился к полному и безоговорочному признанию своей власти всеми жителями Медины, в особенности одним из самых влиятельных людей Халифата – аль-Хусайном, внуком Пророка и сыном Али. И для халифа, и для всего общества предпочтительным было избегать какого-либо давления; но Йазид решился на такой шаг, очевидно, пытаясь упрочить стабильность в государстве. Возможно, он опасался антигосударственных выступлений; но в любом случае подобные меры были ошибкой и свидетельствовали о политической недальновидности молодого халифа. Дальнейшие события привели к обострению обстановки.

Сразу после смерти отца Йазид отправил письмо наместнику Медины аль-Валиду ибн Укбе ибн Абу Суфьяну, чтобы тот принудил к присяге аль-Хусайна ибн Али, Абдуллу ибн Умара и Абдуллу ибн аз-Зубайра. Аль-Валид вызвал к себе этих людей и передал им послание Йазида, и они пообещали прийти на присягу халифу вместе со всеми мединцами. Аль-Валид остался доволен этим разговором и отпустил их; но после этого Абдулла ибн аз-Зубайр, а затем и аль-Хусайн уехали из Медины в Мекку. Абдулла ибн Умар и Абдулла ибн Аббас присягнули на верность Йазиду вместе со всеми мединцами. Необходимо отметить, что многие мединцы не желали присягать Йазиду, но вынуждены были пойти на это под сильным давлением, опасаясь раскола и смуты; такая же ситуация сложилась в Куфе и Мекке, где воцарение Йазида было встречено неодобрительно. Позже туда из Медины были посланы войска, однако Абдулла ибн аз-Зубайр одержал над ними победу.

В это время к аль-Хусайну стали приезжать посланцы из Куфы, уговаривавшие его приехать к ним. Он получал от куфийцев много писем, свидетельствовавших, что те готовы присягнуть ему и выступить против наместника халифа в Куфе. Многие старейшины, в том числе Мухаммад ибн аль-Ханафиййа, Умар ибн Абдуррахман ибн аль-Харис, Абдулла ибн Аббас, Амр ибн Сайд ибн аль-Ас, Абдулла ибн аз-Зубайр, отговаривали аль-Хусайна ибн Али от этой поездки, объясняя ему бесперспективность и опасность этого шага, однако тот не прислушался к их словам и отправился в Куфу, где погиб 10 мухаррама 61 г. х. при столкновении с отрядом наместника Куфы Убайдуллы ибн Зийада. Он был обезглавлен, а его голова в сопровождении членов семьи аль-Хусайна была отправлена в Дамаск халифу Йазиду, который с почестями принял посланцев и публично выразил свою скорбь и сожаление по поводу этой трагической истории.

Как только известие о гибели аль-Хусайна дошло до Хиджаза, Абдулла ибн аз-Зубайр выразил свое неповиновение халифу Йазиду и призвал народ присягнуть ему самому. Это привело к тому, что халиф отозвал наместника этой провинции Амра ибн Сайда ибн аль-Аса и назначил на эту должность аль-Валида ибн Утбу ибн Абу Суфьяна.

В то время в Медине начали распространяться слухи, настраивавшие население против Йазида, и он срочно послал туда Нумана ибн Башира с приказом разъяснить жителям позицию халифа и призвать их к повиновению. Однако это не дало никакого результата — мединцы отказались признать Йазида своим халифом; более того, они присягнули на верность Абдулле ибн Ханзале аль-Гаси и выступили против наместника Усмана ибн Мухаммада ибн Абу Суфьяна. Затем они окружили принадлежавшие Марвану ибн Хакаму дома, в которых проживали около тысячи сторонников Омейядов.

В ответ на это халиф Йазид отправил в Медину войска под командованием Муслима ибн Укбы аль-Мирри. Тот окружил город и потребовал в течение трех дней покориться государственной власти и признать правление Йазида, однако мединцы решили сразиться с армией халифа. Восстание возглавили Абдулла ибн Ханзала аль-Гаси аль-Ансари, Абдулла ибн Мути, Мукиль ибн Санан и племянник Абдуррахмана ибн Аува Абдуррахман ибн аз-Зубайр ибн Ауф аз-Зухри. В месяце зуль хиджа 63 г. х. командующий армией Муслим отдал приказ атаковать город с востока, со стороны Харры. В сражениях на улицах города погибло много известных и уважаемых людей.

После подавления восстания Муслим ибн Укба пошел на Мекку, оставив в Медине Руха ибн Занбу. По пути он скончался, и командование войсками по приказу халифа Йазида принял аль-Хусайн ибн Нумейр ас-Сукуни. В это время население Мекки и всего Хиджаза присягнуло Абдулле ибн аз-Зубайру и признало его власть. Абдулла ибн аз-Зубайр выступил против войск Йазида. Сражения продолжались с мухаррама по сафар 64 г. х. В разгар событий в месяце раби аль-авваль была обстреляна из катапульт Кааба, что повлекло за собой значительные разрушения строения. После этого Абдулла ибн аз-Зубайр отрестав-рировал Каабу и, руководствуясь наставлениями Пророка Мухаммада, сделал значительные изменения в комплексе храма. В это время до воюющих сторон дошло известие о смерти халифа Йазида.

Трагедия в Кербеле

После смерти халифа Муавии в 60 г. х. сирийцы сразу признали халифом его сына Йазида ибн Муавию[2]. Сообщается, что сразу после этого Йазид решил обезопасить себя от тех, кто потенциально мог составить оппозицию его правлению. Одним из таких людей был аль-Хусайн ибн Али, внук Пророка Мухаммада и сын праведного халифа Али от Фатимы, который в то время жил в Медине. Согласно аль-Балазури и ат-Табари[3], он отправил письмо наместнику Медины аль-Валиду ибн Утбе ибн Абу Суфья-ну с приказом любыми средствами добиться присяги на верность от аль-Хусайна ибн Али; в противном случае было ведено убить его до распространения известия о смерти Муавии, чтобы он не мог претендовать на власть. Аль-Валид решил посоветоваться с Марваном ибн Хакамом, и тот посоветовал вызвать аль-Хусайна под каким-нибудь предлогом и получить от него присягу Йазиду.

Получив приглашение, аль-Хусайн явился к аль-Валиду. Тот прочитал ему письмо Йазида, и аль-Хусайн ответил, что не может присягнуть втайне от народа. Он попросил аль-Валида, чтобы тот позвал его еще раз, когда он призовет к присяге весь народ. Аль-Валид был справедливым человеком и согласился, но присутствовавший на этой встрече Марван счел его действия неверными и призвал его схватить аль-Хусайна и добиться от него присяги новому халифу. Между Марваном и аль-Хусайном произошла ссора, однако аль-Валид отпустил аль-Хусайна.

Марван выразил ему свое негодование, однако тот сказал, что никогда не осмелится пролить кровь внука Пророка. Фактически он проигнорировал приказ Йазида, и аль-Хусайн со своей семьей смог уехать в Мекку.

В это время в иракском городе Куфа сформировалась проалидская (настроенная в пользу Алидов) оппозиция, которая пригласила в город аль-Хусайна. В письмах, отправленных в Мекку, они обещали повиноваться ему, присягнуть ему на верность и даже изгнать наместника Куфы. Подобное же предложение поступило и со стороны проалидской общины Басры.

В послании к басрийцам аль-Хусайн выразил солидарность в борьбе с ересью и стремлением вернуться на путь Пророка, а в Куфу отправил своего представителя Муслима ибн Акила с поручением изучить обстановку и оценить целесообразность приезда в город.

Тем временем халиф Йазид сместил наместника Куфы Нумана ибн Башира, отличавшегося чрезмерной мягкостью, и назначил на эту должность наместника Басры Ибн Зийада который был известен особой жестокостью. Уезжая в Куфу, тот оставил в Басре вместо себя своего брата Усмана ибн Зийада и пригрозил жителям смертью в случае их неповиновения.

По прибытии в Куфу Ибн Зийад отправился в мечеть и, собрав там подданных, от имени халифа Йазида пообещал оделить их материальными благами, но в случае неповиновения он угрожал массовыми репрессиями. Муслим ибн Акил понял, что ему грозит опасность, и тайно переехал из дома Мухтара, где он до этого находился, в дом Хани ибн Урвы, но продолжал принимать присягу куфийцев аль-Хусайну. К тому времени аль-Хусайну присягнули 18 000 жителей города. Он сообщил об этом аль-Хусайну и посоветовал тому присоединиться к его сторонникам.

У заговорщиков была возможность физически устранить Ибн Зийада в доме Хани ибн Урвы. Дело в том, что Муслим привел из Басры одного из сторонников семьи Пророка Шарика ибн Авара, который тоже поселился у Хани ибн Урвы, но внезапно тяжело заболел, и Ибн Зийад приехал навестить его. Шарик ибн Авар посоветовал Муслиму ибн Акилу воспользоваться этим и убить Ибн Зийада, однако Муслим отказался, ссылаясь на невозможность такого шага в доме Хани ибн Урвы и, кроме того, вспомнив хадис Пророка, который запрещал устраивать заговоры.

Тем временем Ибн Зийад через своих шпионов узнал о том, где скрывается Муслим ибн Акил. Он вызвал к себе хозяина дома Хани ибн Урву, подверг его пыткам и приказал отрубить ему голову.

Узнав об этом, Муслим призвал своих сторонников, присягнувших на верность аль-Хусайну ибн Али, выступить против наместника халифа. Ему удалось собрать отряд, который двинулся к резиденции Ибн Зийада. Осада продолжалась весь день, однако с наступлением ночи с Муслимом не осталось ни одного человека – его сторонники испугались и разошлись по домам. Муслим нашел убежище в доме одной женщины, однако ее сын выдал Ибн Зийаду его местонахождение; он был схвачен, а затем казнен. Перед смертью он смог отправить аль-Хусайну ибн Али письмо, в котором сообщил о предательстве и трусости его сторонников и настоятельно советовал воздержаться от приезда в Куфу. Однако это письмо дошло до аль-Хусайна ибн Али лишь по пути в Куфу, в местечке Зубала, поскольку, несмотря на многочисленные уговоры его доброжелателей, он выехал в Ирак сразу после получения первого письма Муслима.

Тем временем Ибн Зийад доложил о положении дел в Куфе халифу Йазиду ибн Муавии. В ответном письме халиф похвалил наместника за решительные действия и предупредил о том, что в Куфу скоро должен прибыть сам аль-Хусайн ибн Али. Ибн Зийаду было поручено выставить на дорогах военные посты и заслать в лагерь внука Пророка шпионов, чтобы контролировать все его перемещения; но при этом Йазид приказал Ибн Зийаду придерживаться инструкций и не применять насилия, если только противная сторона первой не перейдет к агрессивным действиям. В заключение халиф обязал наместника ежедневно оповещать его о состоянии дел в Куфе. О скором приезде аль-Хусайна в Куфу Ибн Зийада оповестили также Марван и наместник Мекки Амр ибн Сайд, который рекомендовал ему пленить внука Пророка, а затем отпустить его на свободу.

По мере продвижения аль-Хусайна и его сторонников к Куфе они получали тревожные известия, и многие люди стали уговаривать внука Пророка вернуться. Сын аль-Хусайна Али аль-Акбар также пытался уговорить отца не продолжать путь, однако сыновья убитого Ибн Зийадом Муслима ибн Акила, настаивавшие на продолжении начатого дела, категорически выступили против самой мысли о возвращении.

Получив последнее письмо Муслима, аль-Хусайн понял, что помощи ему ждать неоткуда – куфийцы предали и обманули его. Тогда он обратился к своим спутникам и, объяснив всю сложность ситуации, предложил им самим выбрать, останутся они с ним или же покинут его. Многие из его отряда расстались с ним.

Когда аль-Хусайн с оставшимися сторонниками достиг местечка Акик, Ибн Зийад отправил к нему отряд из 1000 всадников во главе с Хурром ибн Йазидом ат-Тамими. Этот отряд должен был сопровождать аль-Хусайна до Куфы и передать его в руки наместника. Аль-Хусайн решил вернуться в Хиджаз, однако Хурр ибн Йазид не позволил сделать это, хотя и заявил, что ему ведено сопровождать отряд аль-Хусайна, не прибегая к насилию. Фактически с этого момента аль-Хусайн и его сторонники стали пленниками.

Когда отряд достиг местечка Кербела, Хурр ибн Йазид получил от Ибн Зийада распоряжение отвести аль-Хусайна и его спутников в безводную и голую степь. Таким местом и оказалась Кербела, куда отряд аль-Хусайна вошел в начале мухаррама 61 г. х. Немного позже сюда подошел 4000-ный отряд, посланный Ибн Зийадом и возглавляемый Умаром ибн Саадом ибн Абу Ваккасом. Поначалу он не хотел идти на конфронтацию с аль-Хусайном ибн Али. Умар ибн Саад сразу послал своего человека Курру ибн Суфьяна к аль-Хусайну с поручением выяснить, зачем тот прибыл в Куфу. Аль-Хусайн ответил, что он собирался приехать к куфийцам по их приглашению, однако позднее до него дошла весть о том, что те отказались следовать за ним, и передал Курре, что собрался вернуться в Хизжаз, однако этому воспрепятствовал Хурр ибн Йазид. Он передал Умару ибн Сааду просьбу отпустить их, чтобы они тотчас вернулись обратно. Узнав об этом, Умар обрадовался, так как он не желал противостояния (по другим источникам, аль-Хусайн передал Умару, что он готов либо поехать на войну с внешними врагами Халифата, либо лично встретиться с Йазидом, либо вернуться в Медину).

Все предложения аль-Хусайна Умар ибн Саад передал в письменном виде Ибн Зийаду. Тот тоже склонялся к тому, чтобы отпустить аль-Хусайна, но один из его приближенных, Шамир ибн Зильджаушан, настоял, чтобы он не делал этого, пока аль-Хусайн не присягнет халифу Йазиду. Ибн Зийад согласился и поручил Умару ибн Сааду сразиться с аль-Хусайном, если тот откажется от присяги, приказав Шамиру ибн Зильджаушану убить Умара и самому стать во главе войска, если тот не выполнит приказ.

Аль-Хусайн отказался признать условия Ибн Зийада и предпочел смерть. Узнав об этом, Ибн Зийад, раздавая награды, привлек на свою сторону население Куфы и распорядился послать жителей против отряда внука Пророка. Таким образом, сторонники аль-Хусайна в Куфе окончательно предали его и выступили против него.

За три дня до трагической гибели аль-Хусайна Ибн Зийад приказал Умару ибн Сааду лишить лагерь плененного противника воды. Спустя некоторое время он написал ему еще одно письмо с требованием решительных действий против внука Пророка. До этого Умар не решался выступить против аль-Хусайна, однако на этот раз он двинул свои войска в наступление. Это случилось вечером 9 мухаррама 61 г. х. Аль-Хусайн попросил отложить сражение до утра, мотивируя это тем, что за ночь он еще раз обдумает условия Ибн Зийада; он предложил оставшимся с ним сторонникам покинуть его и спастись под покровом ночи, однако те отказались.

С наступлением рассвета стороны выстроились в боевые порядки, однако силы были неравными — на стороне аль-Хусайна оставались лишь несколько десятков человек. Перед битвой аль-Хусайн обратился к противостоявшим ему куфийцам с призывом опомниться и не забывать, что перед ними внук Пророка, которого они почитают. Он напомнил им о хадисах Пророка относительно его пребывания в раю, призвал не брать на душу грех за его убийство и отпустить его, однако его речь не возымела действия, и куфийцы наотрез отказались отпускать его. Только тридцать человек перешли на сторону аль-Хусайна, среди них и Хурр ибн Йазид, который раскаялся, попросил у аль-Хусайна прощения и получил его.

В самом начале сражения стрела, пущенная в аль-Хусайна, поразила его трехлетнего сына. В бою также погибли его второй сын Али аль-Акбар и его брат Аббас ибн Али. В живых остались только два его сына: Али аль-Ас-гар, которого пощадил Умар ибн Саад, и малолетний Умар. Один за другим погибали сторонники аль-Хусайна, и сам он был ранен. В конце концов он был окружен куфийцами со всех сторон. Убийцей аль-Хусайна стал Синаи ибн Аус, а его голову отрезал Шибл ибн Йазид. Аль-Хусайну было 57 лет.

Из отряда аль-Хусайна погибли 72 человека, из которых 23 были его родственниками. Со стороны куфийцев погибло 88 человек, и столько же было ранено.

Куфийцы отрезали головы всем погибшим, подняли их на копья и отправили в Куфу. Голова аль-Хусайна была отправлена Ибн Зийаду, а затем – халифу Йазиду.

Узнав о смерти Хусайна и его приближенных, халиф Йазид выразил сожаление. Он сказал, что те, кто прибег к насилию, поторопились сделать это, и распорядился объявить трехдневный траур.

_________

[1] См.: Аль-Фикх аль-Манхаджи аля Мазхаб аль-Имам аш-Шафии. Стамбул, 1994, С. 359-360.

[2] См.: Ад-Ад-Динавари. Китаб уль-Ахбар. Каир, 1960. С. 227.

[13] Весь данный раздел основан на сообщениях мусульманских историков:- Ибн Кутайба. Аль-Имама ва ас-Сийаа. Каир, 1967. Т. 1; аль-Балазури. Ансаб аль-Анвар; ат-Табари. Ат-Тарих.

 

Айдын Али-задэ

 

 

История и современность

Как раньше боролись с заразными болезнями

Опубликовано

Во времена «черной смерти» ни медики, ни простые люди не понимали, откуда берется и как распространяется страшная болезнь. Тем не менее они применяли меры, актуальные и сегодня: маски, изоляцию, карантин. Специализированное издание немецких фармацевтов рассказывает, как раньше спасались от эпидемий.

 

Pharmazeutische Zeitung (Германия): как раньше боролись с заразными болезнями

 

Урсула Ланг (Ursula Lang)

 

Новости о ежедневном росте числа инфицированных коронавирусом не радуют. Если бросить взгляд в историю, станет ясно, что и люди более ранних эпох сталкивались со вспышками эпидемий и стремительного распространения заразных болезней.

Вы в недавнее время не посещали регионы повышенного риска, такие как китайская провинция Хубэй, Венеция или Ломбардия? Не важно! По телевизору показывают людей в масках в общественных местах, перекрытые улицы, закрытые здания и офисы, изолированные боксы для зараженных и круизные лайнеры на карантине. Мир явно охватил страх, что из поначалу локальной эпидемии может развиться неконтролируемая пандемия.

Инфекционист Штефан Винкл (1911-2006) создал впечатляющую работу об истории эпидемий, описав различные бактериальные, вирусные или паразитарные инфекционные заболевания. На примере «черной смерти», как часто называли вспышку чумы в XIV веке, можно проследить важные социальные последствия, которые возникали, когда высококонтагиозный, передаваемый блохами возбудитель чумы Yersinia pestis настигал регионы, где ни жители, ни врачи не понимали причин стремительно распространявшейся инфекции.

Закрытие города и обязательное извещение

Разновидность чумы, эпидемия которой началась в Монголии в 1325 году, в 1347 году через китайский Шелковый путь проникла из Восточной Азии в регион Черного моря — на Крымский полуостров, в лагерь татар, которые осаждали генуэзскую Кафу (сегодня — Феодосия). Трупы скончавшихся от чумы татары катапультировали в осажденный город, и таким образом быстро распространяющаяся зараза с моряками попала на генуэзские торговые суда, а с ними — в Константинополь, Мессину на Сицилии, Венецию и Пизу, а также во французский портовый город Марсель. Чума неустанно продвигалась дальше — в Неаполь, Флоренцию и Рим, она была завезена в ряд областей Франции и остальной Европы.

Когда в 1352 году «черная смерть» отступила, количество ее жертв составляло около 25 миллионов. И после этого снова и снова случались вспышки чумы то в одном, то в другом городе, ведь никто не понимал, что грязь в жилых помещениях делала их идеальным укрытием для переносчиков чумы — крыс и блох.

Чтобы совладать со вспышкой эпидемии чумы, закрывались городские ворота, а жители с признаками болезни должны были являться в магистрат. Больных либо изолировали в их собственных домах, либо помещали в чумные госпитали.

Посещая больных, лекари носили накидку наподобие плаща, перчатки и маску в форме клюва, в который вкладывались травы или смоченная уксусом губка, чтобы защититься от опасного «чумного дыхания» и невидимой заразы.

Уксус как средство для дезинфекции и отпугивания насекомых

Узнать, как мыслили снова и снова сталкивавшихся с эпидемиями чумы медики Средневековья, можно из труда Consilium de Peste, написанного в первой половине XV века итальянским врачом Саладином Ферро фон Асколи (Saladin Ferro von Ascoli). Розмари Дилг-Франк (Rosemarie Dilg-Frank) перевела его в рамках диссертации по истории фармацевтики.

Людям во время чумы настоятельно советовали, по возможности, оставаться дома и избегать массовых собраний. Плохо пахнущий воздух «очищали» с помощью окуривания и благовонных смесей, помещения опрыскивали розовой водой и уксусом. Выходя на улицу, люди нюхали ароматные яблоки и имели с собой емкость с уксусом, чтобы не вдыхать «чумной воздух».

Кроме этого, необходимо было протирать уксусом лицо и нос, еду тоже рекомендовалось готовить с уксусом, а напитки — с кислыми соками лимона или граната.

Уксуса с ароматными травами, такими как шалфей, розмарин, рута и гвоздика, на протяжении веков называли «чумным уксусом».

В многочисленных врачебных книгах раннего Нового времени Acetum prophylacticum, Acetum Antisepticum или Acetum aromaticum фигурируют как средство для профилактики чумы и других заразных болезней. Смешанный с эфирными маслами уксус использовался для предотвращения заражения. С одной стороны, ароматические уксусные растворы рассматривались как репелленты, а с другой, из-за уксусной кислоты, — как предшественник дезинфицирующих средств.

Изоляция и карантин

В Венеции в 1486 году был основан первый государственный орган здравоохранения — Магистрат для здоровья (Magistrato alla Sanità), который во время вспышки чумы имел право вводить жесткие меры. Здесь принимались правила организации лазаретов, ограничения торговли, размещения иноземцев, общения с бродягами, издавались предписания для врачей и аптекарей.

Показательный пример работы этого венецианского органа дает медик и гигиенист Эрнст Роденвальдт (Ernst Rodenwaldt, 1878-1965) в своей работе об истории искоренения чумы в Венеции в XVI веке. Ключевым моментом в защите от чумы была изоляция больных в лазарете, а также обеззараживание в течение 40 дней товаров, к которым, как считалось, могли пристать возбудители заболевания. Прибывающие иноземцы, а также животные с длинной шерстью должны были помещаться на 40-дневный карантин, прежде чем им разрешалось въезжать в Венецию.

Рулоны тканей, ковры, одежда, шкуры, шерсть, кожа, перья и перины должны были проветриваться на протяжении нескольких недель, причем каждый день их переворачивали. Товары на продажу вынимали и тюков и мешков и проветривали, животных с короткой шерстью окунали в воду на отмели у берега, птицу опрыскивали уксусом.

Особенно строгие меры касались обращения с личными вещами скончавшихся от чумы, если они не уничтожались, как матрасы, покрывала или одежда. В домах жертв чумы жгли сильно пахнущие смеси из мирры, смолы и серы, прежде чем помещение снова отдавалось под жилье.

Во время вспышек других инфекционных заболеваний, например, холеры, в более поздние века принимались схожие меры.

Обязательные извещение и регистрация, обязательные изоляция и карантин, обеззараживающие мероприятия, а также ношение масок и защитной одежды — и сегодня это неотъемлемые меры защиты от инфекционных заболеваний, против которых не существует ни профилактической вакцины, ни действенного лекарства.

 

Продолжение

История и современность

Эпидемия чумы в Амвасе

Опубликовано

Это событие, которое было предсказано Пророком Мухаммадом, мир ему и благословение Аллаха, произошло в 18 г.х. во время правления ‘Умара б. аль-Хаттаба, да будет доволен им Аллах. Амвас – небольшой город в Палестине, откуда началась сильнейшая эпидемия чумы. Болезнь распространилась по всему Шаму и унесла жизни 25 тыс. мусульман. Среди погибших от страшной болезни был и «хранитель мусульманской общины» Абу ‘Убейда б. аль-Джаррах (Ибн Касир. Аль-Бидайа ва-н-нихайа. Т. 7. С. 90).

 

В 639 году молодое мусульманское государство постигло тяжелое испытание в виде чумы и страшного голода. Чума охватила Ирак и Сирию, но особо свирепствовала в Палестине, где в это время находилась значительная часть мусульманской армии с ее главными вождями. В зимнее время военные действия затихали и часть войск с севера Сирии перемещалась в Южную Сирию и Палестину. На этот раз она зимовала в районе Амваса, между Луддом и Иерусалимом, поэтому и чума, поразившая мусульманскую армию, получила называние «амвасской».

Умар, узнав о гибели многих мусульман и наличии бесхозного имущества, выехал в Палестину, но в Сарге, между Табуком и Ма’аном, его встретили амиры сирийского войска и убедили возвратиться, чтобы не заразиться.

Предосторожность была нелишней: первым из амиров заболел Абу Убайда. У него еще хватило сил вывести армию из Амваса и повести ее в более здоровую местность, но по дороге в Джабийу он скончался, оставив заместителем Му’аза б. Джабалу. Му’аз также вскоре заболел и скончался, за ним  последовал  Йазид б. Абу Суфйан. Наконец наместничество перешло к его брату Му’авии. За несколько месяцев чума унесла около 25 000 мусульман, некоторые большие семьи вымирали почти целиком. Об одном роде рассказывается, что в нем из 70 человек осталось лишь четверо.

Чума, видимо, было спровоцирована неурожаем, так как в то же время в Аравии не выпали зимние и весенние дожди, остатки старой травы сгорели под палящими лучами солнца и мертвые степи лежали, словно присыпанные пеплом, отчего и год получил прозвание «год пепла». Скот был съеден, и кочевники  остались без главного продукта питания – молочных продуктов. Десятки тысяч отчаявшихся людей устремились в мединский оазис в поисках пропитания и в надежде получить помощь от халифа. В какой-то момент в Медине собралось 60 000 беженцев. Назревала продовольственная катастрофа.

Умар обязал состоятельных мединцев кормить определенное число беженцев, сам раздавал муку и масло, устраивал коллективные трапезы для голодающих. Сохранилась история о том, как Усман б. Аффан выделил значительную часть своего имущества для спасения голодающих мусульман. Запасов Медины не хватало, и Умар требовал от наместников Сирии, Палестины и Ирака присылать продовольствие.

Несмотря на все старания Умара ⅔ беженцев умерли от голода, не дождавшись зимних дождей. Естественно, что в том году сбор заката не производился, скота осталось так мало, что в следующем году в племени фазара собрали всего 60 голов скота. Умар в это тяжелое время безотлучно находился в Медине, пытаясь решить проблему голода.

Несмотря на последствия этого тяжелого года, мусульмане смогли продолжить победное шествие по землям Византии и Сасанидского Ирана.

 

 

Продолжение

История и современность

Причиной распада Золотой Орды стала эпидемия чумы?

Опубликовано

Юлай Шамиль оглы – татарский ученый, родившийся и выросший в Нью-Йорке. В Музее исламской культуры в Казанском кремле он рассказал о роли природных факторов в истории на примере государства Золотая Орда. Причиной распада Золотой Орды ученый назвал чуму – пандемию, вошедшую в историю как «черная смерть». ИА «Татар-информ» предлагает читателям ознакомиться с тезисами лекции.

Эпидемии чумы – один из самых страшных эпизодов в истории человечества. Самая ранняя известная в истории эпидемия чумы случилась в VI веке на территории Африки, Ближней Азии и Европы. В XIV веке пандемия чумы имела опустошительную силу, ее назвали «черной смертью». По мнению ученых, в Европе ее жертвами стали несколько десятков миллионов человек.

Возбудитель чумы – чумная палочка. Инкубационный период заболевания – 2 – 6 дней. В зависимости от вида чумы летальность составляет 95 – 100 процентов. Даже при правильном лечении умирают 10 процентов заболевших.

Теория о происхождении возбудителя чумы в Китае

С 1894 года начинается новый этап в изучении истории эпидемии чумы. Была выявлена бактерия-возбудитель этой болезни. В середине XX века генетики обнаруживают, что любой живой организм, в том числе бактерии и вирусы, со временем претерпевают генетические изменения, то есть мутации. По мутационным изменениям двух образцов можно определить, сколько времени прошло между этими двумя организмами. Также можно узнать, насколько близки организмы людей или растений. В 2013 году во время исследования чумной палочки Yersinia pestis выяснилось, что бактерия способна отращивать ответвления подобно дереву и она, как люди, размножается.

Пандемия XIV века началась в Китае. Далее она распространилась по Средней Азии, дошла до Крыма, оттуда перекинулась в Константинополь (Стамбул), через Александрию – в Сицилию и направилась в Европу. Возможно, были и другие пути распространения этой бактерии.

Животные – разносчики чумы

Есть несколько версий причины столь быстрого распространения чумной заразы. Ученые также исследуют климатические изменения, потому что эти факторы связаны друг с другом. Животные сыграли большую роль в распространении инфекции. Переносчиками чумы являются блохи, обитающие в шкуре грызунов – сусликов, сурков, крыс. Считается, что человеку инфекция передается через укус зараженной блохи. В этом случае болезнь развивается в течение нескольких дней, может привести к потере рассудка и смертельному исходу. Второй способ заражения – воздушно-капельный. Легочная чума может убить человека за 24 часа.

Пока ученые точно не знают, через какого грызуна и какой вид блох переходит инфекция, об этом идут споры.

Народы верили, что чума – это Божья кара

В XIV – XV веках во время пандемии чумы население Европы сократилось в три раза. Распад Золотой Орды также связан с распространением этой болезни.

Пока доподлинно неизвестно, конкретно каких городов коснулась чума в XIV веке, так как рукописей, связанных с Золотой Ордой, сохранилось очень мало. Об этом пишут лишь в некоторых русских, арабских и итальянских источниках. Но исходя из общей карты можно сказать: недалеко от Алма-Аты, на территории Иссык-Куля в Кыргызстане жил тюркский народ, исповедующий христианство. На территории его обитания было обнаружено большое количество надгробных камней, датируемых 1339 – 1340 годами. После этого в течение 70 лет такие камни не ставили, на этот отрезок времени приходится лишь один камень.

«Я понял, что чума прошла по этим территориям, и сейчас стараюсь доказать, что этот народ вымер из-за чумы», – сказал Юлай Шамиль оглы.

Позже чума перекидывается и на Поволжье. В Булгаре в 1350-х годах надгробные камни ставились в большом количестве, позже, после 1357 – 1358 годов в Поволжье не было найдено ни одного надгробного камня с надписью на булгарском языке.

Эпидемия уничтожала целые народы. Люди не знали, отчего они умирают, думали, что это «божья кара».

Примерно в 1364 годах чума настигает города Сарай (столица Золотой Орды. – Ред.) и Биляр.

«В те же годы разрушаются и целые города. Исчезают некоторое виды ремесленников. Например, на территории Иссык-Куля не остается мастеров по изготовлению надгробных камней и нанесению надписей на камень. Мало того, как мы знаем из истории Европы и Византии, не хватает даже людей для захоронения трупов.

После распада Золотой Орды, в 1430 – 1440 годах появляются ханства, в том числе и Казанское ханство. Но их территории были намного меньше земель Золотой Орды, потому что численность населения сильно сократилось.

Есть также и вопрос климата. Я считаю, что на Северный Кавказ переселились кипчаки, на Средней Волге город Биляр был разрушен», – пояснил ученый.

 

Исчезновение булгарского языка и процесс появления близких к разговорному языку литературных языков

«Язык волжских булгар был близок к чувашскому. Исчезает и сам народ, заселявший Среднюю Волгу, и язык этого народа. Я думаю, что с XIV века начинается процесс кипчакизации жителей Средней Волги.

По моей версии, вместе с исчезновением старых литературных языков появляются другие, близкие к разговорному языку. Надгробные камни, датирующиеся второй четвертью XIV века, имеют надписи на старо-татарском языке. Потому что сюда переселяются представители кипчакских родов. В этот период в Европе усиливается религиозность, люди проявляют интерес к вероисповеданиям.

На Средней Волге в 1350 – 1360 годах было написано произведение «Нахдж эль-фарадис» (автор Махмуд Булгари. – Ред.). Его также называют «Открытая дорога в райские сады». В этом произведении преподаются основы религии ислам. Переписывать его считалось богоугодным делом, потому что кипчаки считали, что они наказаны Аллахом. Но в течение 60 лет после этого на среднем тюркском языке произведения не создаются, они до нас не доходят. Я думаю, это связано с отсутствием технологий и отставанием культуры.

«Нахдж эль-фарадис» написан на немного близком к старо-уйгурскому, архаичном языке. А в произведениях, описывающих рождение Пророка, например маулидах, язык очень простой, его может понять каждый. В научной литературе первые маулиды – специальные произведения для чтения в день маулида – принадлежат перу тюркских поэтов.

Маулид турецкого поэта Сулеймана Челеби «Василятун-наджат» написан в 1409 году. В тюркской литературе это классический пример данного жанра. Маулид Сулеймана Челеби был известен также и среди татар».

Юлай Шамиль оглы в Колумбийском университете изучает восточные языки и культуру, защищает докторскую диссертацию по Золотой Орде. В 1983 – 1984 годах преподает в Университете штата Индиана, в 1989 – 2017 годах – в государственном университете в Висконсине. С 2017 года руководит кафедрой казахского языка и тюркологии в Казахстане.

Автор: Зиля Мубаракшина (www.intertat.tatar, перевод Алии Сабировой)

Продолжение

трендовые темы